Добро пожаловать!
    
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя
Приветствую всех пользователей и Добро Пожаловать на сайт посвященному Дальнему Востоку России прошлое и настоящее
 Подвиг тридцати трёх // ВИЖ 1962 №10 19-04-2015, 19:56 |

В фотофонде Центрального музея Советской Армии среди многочисленных материалов, относящихся к периоду Великой Отечественной войны, хранится групповая фотография двадцати двух, воинов. Они входили в состав группы из тридцати трех бойцов и командиров. Советской Армии, отразивших в августе 1942 года в районе Малой Россошки атаку 70 вражеских танков и пехоты. Краткая аннотация к фотографии сообщает, что, подбив и уничтожив 27 танков противника и истребив около 150 гитлеровцев, эта группа советских воинов вышла из боя без потерь, вписав в летопись Великой Отечественной войны одну из ее ярких героических страниц.

Фотография поступила в музей в 1945 году месте с другими материалами фронтовой выставки 4-го Украинского фронта, но до недавнего времени мы располагали очень ограниченными сведениями как о самом подвиге тридцати трех, так и об истории этой фотографии. Не были известны фамилии большинства участников боя, и мы не могли рассказать посетителям музея, что каждый из них сделал в бою. Это и побудило нас заняться более внимательно сбором и изучением материалов о подвиге тридцати трех[1].

О том, что удалось узнать о подвиге тридцати трех, лам и хочется рассказать в этой статье. При описании боя мы постарались максимально предоставить слово самим участникам, используя их воспоминания, хранящиеся в Архиве Министерша обороты.

***

Это произошло в один из самых критических моментов Сталинградской битвы. 23 августа 1942 года противник прорвал фронт в стыке 4-й танковой и 62-й армий и вышел Волге. В этот день разведывательный взвод 1379-го стрелкового полка, которой командовал лейтенант Шмелев, со взводом автоматчиков во главе со старшиной Пуказовым занимали оборону в районе высоты 77,6. Днем к ним присоединилось несколько человек связистов во главе с младшим политруком Евтифеевьгм. Связисты заняли оборону на правом фланге высоты, разведчики и автоматчики на левом. Расположившись в уже готовых окопах, бойцы значительно углубили их и тщательно замаскировали.

В тылу, за высотой, занятой для обороны, находились населенные пункты: Большая и Малая Россошка. Через них проходила дорога, ведущая в Сталинград утром 23 августа во время сильной авиационной бомбардировки связь разведвзвода с полком была потеряна[2]. Не имея никаких указаний о дальнейших действиях, советские воины продолжали удерживать свои позиции.

Два дня (23 и 24 августа) район обороны группы неоднократно подвергался ударам с воздуха, артиллерийскому обстрелу и атакам противника. Были убитые и раненые. Во время короткого затишья раненых удалось эвакуировать. В группе осталось 6 связистов, 15 разведчиков и 12 автоматчиков — всего 33 человека.

24 незадолго до захода солнца со стороны. Котлубани показались 20 немецких танков, двигавшихся в направлении высоты 77,6, за которыми наступало до батальона пехоты. С подходом танков к высоте разгорелся неравный бой. Вот что рассказывают о нем очевидцы в обнаруженных нами в архиве документа.

Подвиг тридцати трёх // ВИЖ 1962 №10

 Бой 33х воинов с танками 24 августа 1942 года 

«...Стало совсем тихо, — вспоминает младший политрук. А. Г. Евтифеев, возглавлявший группу связистов. — Но эта тишина была зловещей и гнетущей. Враг что-то готовил... Обстановка была напряженной. Связь с полком была прервана. Связных, которых мы посылали, снимали вражеские снайперы. У нас не 'было воды, продовольствия. Приказа о переходе на новый рубеж не поступило, самостоятельно, уйти с рубежа мы не имели права. Это было бы преступлением перед Родиной; значит, надо было оставаться на месте, нужно было -подготовиться к .возможным тяжелым испытаниям, вселить уверенность в людей, внушить им, что< они не имеют-права пасовать перед трудностями, что нужно стойко держаться до последней капли крови. Решил побеседовать с бойцаими накоротке по душам...

Собрал своих боевых связистов и говорю: трудно нам будет, но приказ есть приказ, его выполнять надо, и остаемся мы на этом месте дорогу в ,Сталинград защищать. (Уж если придется встретиться с немчурой, так давайте так драться с врагом на своем рубеже, как бойцы Западного и Калининского фронтов, которые прорвали оборону врага на 40—45 километров. Они нам помогают, а мы поможем им. Все заинтересовались этим «моим сообщением, но я то газет не имел и слышал тоже со слов, но рассказал все, что мне рассказал».

Задумались бойцы, но по глазам вижу, что у них задор появился. Разговорились... Комсомолец младший лейтенант Стрелков, сидевший рядом со мной... заявил: «Вот что, товарищ политрук. Давно у меня мысль есть. Хочу заявление подать о вступлении в партию. Видно, нам придется крепко драться. Так вот я хочу в следующий бой коммунистом идти и если уж погибну, считайте, что погиб, как коммунист, и в бою не дрогну».

— Хорошо, — говорю, — передам твое заявление в партийную организацию.

Тут встал со своего места младший сержант комсомолец Хоржевский и говорит (торжественно это у него получилось, как клятву давал): «Прошу и меня считать коммунистом. Звание коммуниста я оправдаю. Передайте и мое заявление в партийную организацию».

И Кондратов, младший сержант, уже заявил, что он будет драться коммунистом. А молодой парень ефрейтор Юрпалов отстегнул кармашек и вынул оттуда маленький клочок бумажки, на котором было .написано заявление о приеме его в комсомол. Коротки были его боевые слова: «Я прошу принять меня в ряды комсомола. Если меня убьют, то товарищи отомстят. Но пока мое сердце будет биться, до тех пор я буду бороться с врагом, как настоящий комсомолец...».

Я поручил младшему лейтенанту Стрелкову провести подготовку к бою, усилить ночное охранение и наблюдение, одновременно поручил ему выпустить боевой листок.

А сам вспомнил, что днем в соседнем окопе видел противотанковое ружье. Выполз я из окопа. Засвистели около меня пули, но я плотнее прижался к земле и все-таки дополз до окопа. И верно, вижу, лежит противотанковое ружье, а патронов нет. Рядом с ним окровавленная шднель. Я поднял ее и увидел под ней патроны от бронебойки, их было около 20 штук. Собрал их, положил в карманы, взял бронебойку и пополз обратно к себе в блиндаж.

— Ну, товарищ политрук, теперь у нас гроза для .немецких танков появилась, — весело сказал Хоржевский.

Все стали осматривать ружье, ощупывать, пробовать затвор. Ни я, никто из связистов не изучали его и никогда из него не. стреляли.

— Вот те и гроза, — говорю, — гроза есть, а грома может и не получиться.

Вот и стали мы тут же на ходу бронебойку осваивать. Потом установили ружье в направлении противника. Я предупредил при этом, что первый буду стрелять, если пойдут на нас танки...»[3].

Готовились к новой схватке с врагом и разведчики. В окопах у лих к вечеру 24 августа осталось всего пятнадцать человек — многие были убиты и раненые предыдущих боях. Ранило командира разведвзвода лейтенанта Шмелева и политрука Шибаева. Теряя силы, Шибаев подозвал к себе своего заместителя младшего политрука Л. И. Ковалева и сказал: «Бери команду на себя, я больше не могу...», и потерял сознание.

«...Мы не знали замыслов врага, но предполагали, что предстоит суровая, неравная схватка, потому что немцы не остановятся перед жертвами, чтобы попытаться ещё раз захватить нашу высоту, сконцентрировав удар в этом направлении, — рассказывал Леонид Иванович Ковалев. — Я обошел отделения... Потом провел беседу с бойцами. Я рассказал им о новом важном событии на Западном и Калининском фронтах, где ваши отважные воины прорвали оборону противника на 40—45 километров. Известие об этом мы только получили, передал нам один связной. Обрадовало всех, .и бойцы в Юдин голос очень похвально отозвались о своих боевых друзьях по оружию на Западе... Так что, говорю, если придется нам в схватку пойти, так будем драться, как коммунисты защищали Царицын в 1918 году.. Тут бойцы поддержали меня и заявили, что не допустим такого позора, чтобы побежать с поля боя...

Красноармейцы Назаренко, Толкачев, Прошин, Матюшенко, Башмаков, Жезлов, младшие сержанты Мингалев, Пасхальный заявили, что они желают вступить в партию и в бою с немецкими захватчиками хотят сражаться в рядах партии большевиков...

Сидим в окопах, разговариваем. Вспоминаем жизнь свою в мирное время. Разговорились, у кого какая жена характером вышла, детей припомнила, их проказы пришли на память. Обо всем говорили, даже кто как женился, и эту тему развернули по настоящему. И еще роднее нам показалась земля наша, милые хаты с их дорогими семьями»[4].

«...И вдруг, в этом предвечернем затишье мы услышали рев моторов и лязг железа, — продолжал рассказ младший политрук Евтифеев,— приподнялись из окопа и увидели большую колонну танков в количестве около 20 штук, которая приближалась к нам из-за оврага, правее нас через лощину.

Я подал команду: «Приготовиться к бою!» Сам залег за бронебойку. Стрелков взялся, помогать мне. Хоржевский, Кондратов, Юрпалов, Пономарев, приготовили бутылки, гранаты, винтовки. Через несколько минут началась битва...»[5].

«...Вот Евтифеев прицелился, спустил курок, — пишет в своих, воспоминаниях младший лейтенант Г. А. Стрелков. — Выстрел произошел, но передний танк не остановился, он все идет и идет. Прицелился второй раз. Грянул выстрел танк затарахтел, дым пустил, а потом остановился. «Подбил... подбил...» — радостно заговорили бойцы. Веселее как-то стало на душе. Появилась уверенность в своих силах. Еще дали два выстрела и еще два танка подбили.

На пятом выстреле промах вышел. Не попал Евтифеев. Поторопился. Шестым патроном Евтифеев пригвоздил к земле четвертый танк.

Тут политрук и говорит мне: «Стреляй, Стрелков, у меня плечо что-то болит, отбило наверно».

Залег я у бронебойки, теперь Евтифеев стал вторым номером. Вот прицелился я в передний танк, выстрелил и промазал. Мне стало страшно. Пот выступил на лице, да и совесть одолевает, ведь командир я, хотя и связист. Еще раз, прицелился — опять промах, промазал и в третий раз. Кричу Евтифееву:

— Товарищ политрук, не .выходит у меня, стреляй сам.

А политрук спокойно говорит:

— Стрелков, стреляй лучше, спокойнее.

А мне обидно. И фамилия-то у меня стрелковая, а вот стреляю я сейчас некудышно. Набрался я терпения, хорошо прицелился, спустил курок и выстрелил.

Посмотрел... танк стоит и дымится.

— Ну, ВОТ И подбил — говорит политрук.

Прицелился я еще раз, выстрелил и подбил второй танк. Остальные, танки. свернули в.: сторону балки и ушли, прицепив два или три подбитых. танка»[6].

Минут: через двадцать снова появились танки. Их было около 50. Теперь они шли слева, из-за, высотки, прямо на окопы разведчиков и, автоматчиков»[7].

Вот что рассказывает о бое. разведчиков с танками противника младшей политрук Д. И. Ковалев. «...Вдруг наблюдатель доложил: появились, танки... Мы выглянули из окопа, и увидели, что обходя минное, поле, из-за высотки к нам ползёт большая колонна, танков. Штук пятьдесят. Стало жутко. Все, переглянулись. У меня сердце защемило, но ничего не поделаешь.

Я подал команду: «Приготовиться к бою... Раздать бутылки, гранаты, зарядить автоматы, винтовки...».

Все мы были молодыми фронтовиками. С танками мы еще не встречали и не скрою, кода первая вражеская машина; стала надвигаться на наш окоп, мне и моим бойцам стало не по себе. Вот танки уже совсем близко. Я приказал вceм залечь на дно окопов. Прилег и я, прижавшись ко дну окопа, лицом кверху и стал наблюдать. Вот машина вскочила на окоп и стала двигаться туда и сюда, старается завалить ело. Но не тут-то было. Окоп целехонек. Только края осыпаются. Ну, думаю, значит в окопе бойцу танк не страшен, ничего он с нами поделать не может. И прежде чем танк сошел с окопа, я скомандовал: «Бутылки к бою!»

Первым поднялся красноармеец Семен Калита. Он бросил »бутылку в. мотор танка, когда тот отходил от окопа, машина вспыхнула. Немцы выскочили из нее, объятые пламенем, и мы тут же перестреляли их. Потом Калита бросил еще две бутылки и тоже поджег два танка. Этот первый успех подбодрил нас морально и (рассеял чувство неуверенности. А главное, это была- для нас замечательная, ничем не заменимая школа боевого опыта. Вслед ва Калитой начали бросать бутылки и другие бойцы. Тут я заметил, что делалось это суетливо. Все шумели. Я понял, что моя задача, как командира этой группы, состоит B том, чтобы организовать бой, управлять им, поставить каждому бойцу задачу и указать ему свое место в бою.

Действовать надо было смело, решительно <и немедленно. Я приказал команда рам отделений Мингалеву, Рудых и Пасхальному вести наблюдение за направлением движения вражеских танков и указывать цели для уничтожения танков и вражеских танкистов. Красноармейцам Калите, Матюшенко, Прошину, как лучшим метальщикам, я поручил бросать бутылки... Красноармейцам Толкачеву, Титову, Мезенцеву, Мельниченко, как лучшим стрелкам, было поручено истреблять танкистов экипажей врага,.,. Я установил связь со своими соседями—автоматчиками, которыми командовал старшина Пуказов, и связистами, которыми командовал младший политрук Евтифеев.... На себя я взял управление боем...»[8].

Вслед за Калитой младший политрук Л. И. .Ковалев поджег два вражеских танка. Слаженно и дружно действовало в этом бою отделение младшего сержанта М. И. Мингалева. Сам командир отделения, а также бойцы Калита, Титов и Матюшенко поджигали танки бутылками с зажигательной смесью и гранатами, уничтожали экипажи подбитых машин; Толкачев и Назаренко подавали гранаты и бутылки.

«....Скажу по совести: как увидел столько танков, я подумал: ну сейчас все будет кончено, — рассказывал боец этого отделения рядовой Василий Матюшенко. — Но тут ребята наши стали говорить: «Не отступать!» И я сказал: «Не отступим!» Взял бутылку, прижался к земле и жду. Через наш окоп прошел танк. Земля осыпалась т попала мне за воротник. Я отряхнулся, вскочил и бросил в танк бутылку. Он загорелся. Тут я стал бойче. Прошел второй танк и его также поджег... Из танков стали выскакивать фрицы. Мы открыли по ним огонь. Я лично сам в этом бою убил 10 гитлеровцев, а может и более, считать-то некогда было...»[9].

На левом фланге у разведчиков действовало отделение младшего сержанта коммуниста А. Г. Рудых. Вот пять вражеских танков уже невдалеке от их окопа.

Рудых взял гранату и метнул ее прямо в смотровые щели передней машины. Раздался взрыв, и танк остановился, будто ослеп. Остановились и другие танки. «...Постоял передний танк несколько минут, а потом снова на нас пошел, — вспоминает Андрей Григорьевич Рудых. — Я сказал: «Садитесь в окоп. Прозрел черт, на нас идет». Все опустились на дно окопа и притаились там. Слышим, танки подходят: гудят, ревут...

Потом темно стало, земля посыпалась, и видим: переползает через окоп танк и пошел дальше. Я вскочил... схватил две бутылки и сразу одну за другой бросил в танк. Он загорелся. Жезлов кричит: «Горит, горит, вот здорово!»

Мне приятно стало... говорю бойцам: «Винтовки, винтовки на изготовку! Сейчас из танка фрицы полезут». И в самом деле, из подбитого мной танка выскочило трое. Я указал цели и скомандовал вполголоса: «Огонь!» Тут они и свалились около танка от наших метких пуль. Остальные танки не пошли в нашу сторону и свернули направо, где сидел зам. политрука Ковалев»[10].

Мужественно сражался в этом бою красноармеец Сергей Прошин. Когда над его головой прошли вражеские машины, он одну за другой бросил в них три бушлки с горючей смесью, и три танка, объятые клубами дыма, остановились. Но больше бутылок с горючей смесью не было, а машины .врага все шли и шли.

«...Посылаю Дендоброго в соседний окоп за бутылками, — сообщает в своих воспоминаниях С. И. Прошин. — Он принес две. Только успел вскочить в окоп, как танк подошел совсем близко к нам. Я бросил одну бутылку. На этот раз танк не загорелся. Наверное, промахнулся, а осталась «всего лишь» одна бутылка. Раздумывать было некогда: Чтобы наверняка поджечь: танк, выскакиваю из окопа и прямо в башню бросаю бутылку. Машина воспламенилась. Сам я быстро опять вбежал в окоп и начал бить из винтовки фрицев. А во рту сухо. Адски хотелось пить... Но воды не было, и идти за ней нельзя. Стал заряжать гранаты. Подготовил их девять. Если пойдут танки, решил бить их гранатами. Но фашистские танки не прошли, уцелевшие повернули обратно.

В этом бою я уничтожил четыре танка и убил двух фашистских танкистов»[11].

Отважно сражались с врагом и 12 автоматчиков во главе со старшиной Д. И. Пуказовым. «...Нам, как автоматчикам, пришлось, главным образом, истреблять фашистских танкистов, но мы и к танкам руки приложили, вспоминал позднее Дмитрий Иванович Пуказов... — С первого выстрела я убил офицера. Только он рухнул на землю, к нему подбежали четыре фрица и хотели куда-то нести; Я нажал на спусковой курок, и этих четырех фашистских выкормышей постигла такая же участь, что и офицера. Много мы уложили фрицев, а танки все идут и идут. У нас же на исходе были патроны.

— Что будем делать дальше? — спросили меня бойцы.

— Биться до последнего. В случае чего живыми гадам не сдадимся. Стоять до последней капли крови и бить фашистов, — ответил я.

...Один танк пошел прямо через наш окоп. За ним другой, третий. Красноармеец Ряшенцев по моему приказанию бросил зажигательную бутылку в первый танк, а я во второй и третий. Танки запылали. После этого мы опять взяли в руки автоматы и начали бить выскакивавших фрицев»[12].

В этом бою, старшина Пуказов подбил два танка и уничтожил 13 фашистов: Автоматчики Ряшенцев, Власкин, Гайнудинов, Иус, Луханин, Почиталкин,.,Пьяночкин, Тимофеев подбили по одному танку и перебили большое количество вражеской пехоты. Рядовой Гайнудинов уничтожил в этом бою восемнадцать гитлеровцев, Ряшенцев— двадцать, Луханин и Почиталкин — по восемь, Пьяночкин — шесть.

Бой, длившийся несколько часов, утих уже ночью. Гитлеровцы вынуждены были отойти, оставив на поле сражения двадцать семь горящих машин, и около ста пятидесяти уничтоженных солдат и офицеров. Наступление вражеских танков и пехоты разбилось о мужество и стойкость наших бойцов. Очень важно подчеркнуть, что все тридцать три воина-победителя остались живы.

Глубокой ночью эта группа смельчаков, выяснив, что в этом районе нет подразделений 1379-го полка, присоединилась к учебному батальону 35-й гвардейской стрелковой дивизии, находившемуся в районе Мал. Россошки, а затем направилась в расположение своей части.

Весть о славном поединке советских воинов с фашистскими танками широко разнеслась по всему фронту. Из окопа в окоп, из рук в руки, переходили в те дни газеты и листовки, на страницах которых описывался их невиданный подвиг.

Подвиг тридцати трех наших воинов был высоко оценен Советским правительством— семеро из них были награждены орденом Ленина, двенадцать — орденом Красного Знамени, семеро —медалью «За отвагу», шесть человек — медалью «За боевые заслуги»[13]. Их вручил отважным воинам 12 сентября 1942 года член Военного совета 62-й армии генерал-лейтенант К. А.. Гуров на Мамаевом кургане.


Подвиг тридцати трёх // ВИЖ 1962 №10
Группа бойцов и командиров 1379-го стрелкового полка 87-й стрелковой дивизии 62-й армии, отразившаяся 24 августа 1942 года в районе Мало Россошки наступление вражеских танков.

Слева направо: младший сержант Андрей Григорьевич Рудых, командир отделения взвода пеших разведчиков, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Прокоп Емельянович Мельник; рядовой Кондрат Кириллович Титов, разведчик, награжден медалью «За боевые заслуги»; рядовой Виктор Александрович Мезенцев, разведчик, награжден орденом Красного Знамени; младший политрук Алексей Григорьевич Евтифеев, политрук роты связи, награжден орденом Ленина; рядовой Иван Михайлович Ряшенцев, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Фахрий Гайнудинов, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; младший политрук Леонид Иванович Ковалев, заместитель политрука взвода пеших разведчиков, награжден орденом Ленина; рядовой Семен Васильевич Калита, разведчик, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Николай Федорович Пьяночкин, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; старшина Дмитрий Иванович Пуказов, старшина роты автоматчиков, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Михаил Иванович Толкачев, разведчик,, награжден медалью «За боевые заслуги»; старший сержант Петр Петрович Почиталкин, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Василий Исаакович Мельниченко, разведчик, награжден медалью «За отвагу»; младший лейтенант Георгий Андреевич Стрелков, командир взвода связи, награжден орденом Ленина; рядовой Сергей Никитович Прошин, разведчик, награжден орденом Ленина; младший сержант Михаил Семенович Кондратов, командир отделения роты связи; награжден медалью «За отвагу»; рядовой Иван Сергеевич Тимофеев, автоматчик, награжден медалью «За отвагу»; старшина Лаврентий Гаврилович Луханин, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; младший сержант Игнатий Егорович Хоржевский, командир отделения роты связи, награжден медалью «За отвагу»; рядовой Кронид Фатеевич Пономарев, автоматчик, награжден медалью «За отвагу»; рядовой Павел Давыдович Назаренко, разведчик, награжден медалью «За боевые заслуги».
На снимке отсутствуют участники боя: рядовой Николай Семенович Власкин, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Николай Иванович Черноус, разведчик, награжден медалью «За отвагу»; младший сержант Михаил Игнатьевич Мингалев, командир отделения взвода пеших разведчиков, награжден орденом Ленина; младший сержант Владимир Исаакович Пасхальный, командир отделения взвода пеших разведчиков, награжден орденом Ленина; рядовой Василий Ильич Матюшенко, разведчик, награжден орденом Ленина; рядовой Шахай Хапхаевич Башмакову разведчик, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Никифор Иосифович Иус, автоматчик, награжден орденом Красного Знамени; рядовой Филипп Николаевич Жезлов, разведчик, награжден медалью «За боевые заслуги»; сержант Николай Петрович Юрпалов, командир отделения роты связи, награжден медалью «За боевые заслуги»; рядовой Василий Тихонович Яковенко, автоматчик, награжден медалью «За боевые заслуги»; рядовой Павел Яковлевич Дендобрый, разведчик, награжден медалью «За отвагу».
Из переписки с участниками боя и бывшим редактором газеты 87-й стрелковой дивизии «Вперед на врага» И. В. Лебедевым удалось установить, что фотография была сделана вскоре после возвращения тридцати трех воинов из района Малой Россошки в расположение своей части. Было это числа 25—26 августа 1942 г. в районе хутора Дубининский (в некоторых источниках ошибочно указывается Дубинин). Автор фотографии — фотокорреспондент газеты Юго-Восточного фронта Д.3. Мулярчук.

Собранный и изученный материал о подвиге тридцати трех дает основание поставить вопрос о пересмотре ошибочных положений, имеющих место в трактовке этого события. Ошибки и неточности, очевидно, были порождены донесениями и корреспонденциями, написанными наспех, без тщательного изучения хода боя. Но они прочно вошли в нашу военно-историческую литературу и переносятся из одного издания в другое.

Во-первых, многие авторы[14] говорят в своих работах о двух днях борьбы тридцати трех воинов с танками противника. Это неточно. Участники боя и документы свидетельствуют о том, что этот бой продолжался лишь несколько часов. Он начался под вечер 24 августа и закончился ночью того же дня. Установить точно, сколько временя он длился, пока что не удалось: одни участники утверждают, что два часа, другие — четыре, третьи — шесть часов. Большинство данных говорит в пользу двух часов.

Мы считаем эту поправку существенной, так как она позволяет ярче представить этот исключительно напряженный и тяжелый бой, который выдержали наши воины, и нарисовать картину величайшего героизма и стойкости воинов этой группы.

Во-вторых, необходимо внести поправку к термину «бронебойщики», который часто употребляется в нашей литературе применительно к подвигу тридцати трех. С этим термином «нельзя согласиться. :В бою под Малой Россошкой действовало вовсе не специально подготовленное для борьбы с танками врага и оснащенное противотанковыми ружьями подразделение, бойцы которого назывались бронебойщиками, а группа, состоявшая из, разведчиков, автоматчиков и связистов, вооруженная винтовками, автоматами, гранатами и бутылками с горючей смесью. Только связисты, как сказано выше, случайно нашли и использовали противотанковое ружье. Оно было одно на всю группу в тридцать три человека. Наличие одного противотанкового ружья не позволяет говорить об этой группе как о бронебойщиках.

Старший научный сотрудник Центрального музея Советской Армии Т. Никонова,

Знаменитая битва героев[15]

(полковник А. И. Казарцев)

...Битва 33 бойцов и командиров с 70 вражескими танками войдет в историю героической защиты Сталинграда, как одна из ярчайших страниц борьбы советского народа.

В этой схватке тридцати трех воинов с превосходящими силами врага сказалось великое мужество, сияющая отвага, героическая храбрость и решимость советского народа разгромить, победить врага, изгнать его из пределов священной русской земли, для того, чтобы освободить наших братьев и сестер, жен и детей, временно попавших под ярмо гитлеровского сапога в оккупированных районах.

Битва 33 богатырей дает нам много поучительного для предстоящих жестоких ’боев с врагом и в' целях достижения скорейшей победы над ним.

Она, эта битва, поучительна прежде -всего тем, что в ней еще и еще раз подтверждается блестящее суворовское правило, что врага «побеждают не числом, а умением», что советские воины, вооруженные первоклассной отечественной техникой, сделанной на советских заводах, являются грозной всесокрушающей силой для врага.

В самом деле, разведчики, автоматчики, связисты вступили в бой с 70 вражескими танками. Горстка пехотинцев встретилась с броней врага и вышла победителем. И характерно в этом случае то, что все остались живыми и невредимыми, несмотря на жестокость борьбы, которую они выдержали.

Простые сердца русских людей оказались сильнее фашистской брони.

Значит, мы можем по суворовски побеждать врага, и мы его действительно скоро победим, если каждый красноармеец, командир будет действовать, как эти тридцать три славных богатыря земли русской...

Таков первый вывод и урок из этой битвы.

Эта битва еще и еще раз подтверждает, что там, где в войсках имеется железная, советская воинская дисциплина, там всегда завоевывается победа над врагом. Это подтверждают и другие многочисленные примеры из практики боев с немецкими захватчиками... Тридцать три воина, охраняя (Важный тактический рубеж обороны, находились почти в окружении, но они имели приказ: «Не отступать». Исполняя свой долг перед Родиной, они вступили в бой, до конца выполнили военную присягу, приказ своего командира.

Когда младший политрук Евтифеев, зам. политрука Ковалев, старшина Пуказов отдали приказ к -отражению атаки танков, ни один боец не дрогнул, не пал духом, а смело и мужественно они сплотились вокруг своих командиров и четко выполняли их приказания. В единое стремление победить врага их слили и приказ командира, и железная дисциплина, и высокая идейная сознательность, убежденность в правоте своего дела. И они действительно победили.

А что получилось бы, если бы они дрогнули перед врагом, если бы у них не было дисциплины, порядка и единой воли?

Эта горстка людей превратилась бы из организованного воинского отряда в сброд и вражеские танки с автоматчиками уничтожили бы всех, кто попытался спастись бегством с поля боя.

Значит, высокая дисциплина, организованность, волевая устремленность боевого коллектива всегда приведет к желаемым результатам и победа будет завоевана.

Таков второй вывод из этой битвы.

Когда над горсткой храбрецов нависла серьезная опасность, они решили до дна использовать силу советского оружия, но отстоять рубеж обороны. У них было только одно противотанковое ружье с двадцатью патронами. Это ружье достал младший политрук Евтифеев из соседнего окопа, что он правильно называет «мобилизацией внутренних ресурсов на поле боя» для достижения победы. Остальные были вооружены винтовках\ми, автоматами, в окопе имелись бутылки с горючей смесыо и гранаты. Вот и все, с чем встретили 33 воина вражескую колонну танков. Храбрецы умели эффективно использовать эту простейшую отечественную технику против врага. Они распределили роли в этом бою до мелочей. Одни бросали бутылки, гранаты, другие уничтожали экипажи и автоматчиков, третьи давали целеуказания, четвертые — подносили боеприпасы, связисты били по танкам из бронебойки.

В этом бою они рассчитывали на силу советского оружия, на свое умение использовать его против врага с тем, чтобы добиться победы.

И что же?

Храбрецы победили.

Искусно владея оружием, умея применять его в любых условиях, в любой обстановке, они доказали на практике, что обдуманное использование советской техники приводит к победе над врагом. Правда, младший политрук Евтифеев никогда не держал в руках бронебойки, но из шести выстрелов он подбил 4 танка. Уже одно это говорит о грозной силе советской техники, если ее умело использовать на поле боя.

А что было бы, если бы эти 33 воина спасовали перед трудностями, не пожелали до конца использовать грозного оружия против врага?

Они были бы уничтожены врагом вместе со своим оружием и жизнь каждого из них окончилась бы позорно и бесславно.

Таков третий вывод из этой битвы...

Когда немецкие танки двинулись на смельчаков, Евтифеев, Ковалев, Пуказов, Стрелков, оценив обстановку, приняли решение вступить в бой.

Почему?

Они рассчитывали на великую ненависть к врагу своих боевых товарищей, на высокое их сознание и понимание того, что они ведут справедливую войну против иноземных захватчиков, что их благородная цель, идея — освободить советских граждан от немецкого сапога и уничтожить, разгромить немецких захватчиков.

И командиры, политработники, взвесив это, учли потенциальные, моральные способности людей и признали возможным добиться победы.

Но они вместе с тем рассчитывали на организацию боя, на свое желание в самой сложнейшей обстановке завоевать победу. Они исходили из того, что надо не просто пассивно отражать атаку танков, а вести активную оборону, смело уничтожать ганки и экипажи, бить врага наверняка, насмерть в ближнем бою... вот существо тактической задачи, которую они поставили и блестяще решили в этой схватке.

И что же?

Командиры победили.

А что было бы, если бы эти командиры спасовали перед трудностями?

Он.и погубили бы людей, загубили бы самих себя.

Значит, командир на поле боя должен принимать всегда смелое решение, уметь быстро действовать в любой обстановке, в любых условиях и главное организованно руководить боем, быстро реагировать на изменение обстановки и в противовес ударам врага применять свою дерзость, смелость, хитрость и сноровку.

Таков четвертый вывод из этой битвы.

Если так будут сражаться с врагом каждый командир, каждый красноармеец, мы добьемся скорейшего разгрома врага и полной окончательной победы над ним. Вот почему эта героическая схватка 33 богатырей призывает всех воинов Красной Армии к действию и смелости на поле боя.


[1] В первую очередь были тщательно просмотрены публикации по данному вопросу: сообщения центральных и военных газет периода войны, военно-историческая литература. На их основе удалось составить первоначальный список участников боя на 9 человек. В нем значились фамилии младшего лейтенанта Г. А. Стрелкова, младшего политрука А. Г. Евтифеева, заместителя политрука Л. И. Ковалева, Старшины Д. И. Пуказова, рядовых С. В. Калиты, В. И. Матюшенко, С. Н. Прошина, младших сержантов В. И. Пасхального и М. И. Мингалева. Кто же остальные двадцать четыре воина? Где найти данные о них?

Эти сведения могли быть в Архиве Министерства обороны СССР и в наградном отделе Главного управления кадров Министерства обороны СССР. Но для того чтобы начать там работу, надо было знать наименование полка и дивизии, в которых служили отличившиеся воины. Таких. данных в то время в печати опубликовано не было. Поднимать же все архивы 62-й армии не представлялось возможным. Осенью 1954 года удалось разыскать одного из участников боя, бывшего заместителя политрука взвода пеших разведчиков Леонида Ивановича Ковалева. Он сообщил, что бой вели войны 1379-го стрелкового полка 87-й стрелковой дивизии. Имея эти данные, нетрудно было найти в наградном отделе Главного управления кадров Министерства обороны СССР карточку учета Леонида Ивановича Ковалева и выяснить, на основании какого документа он был награжден орденом Ленина за участие в подвиге тридцати трех. Таким документом оказался приказ Юго-Восточного фронта № 3/н от 10 сентября 1942 года. В нем наряду с другими отличившимися воинами фронта мы. нашли фамилии девятнадцати из тридцати трех участников боя в районе Малой Россошки, награжденных орденами Ленина и Красного Знамени. Таким образом, к имевшемуся списку на девять человек прибавилось еще десять фамилий: рядовых Ш.X. Башмакова, Н.С. Власкина, Ф. Гайнудинова, Н.И. Иуса, В.А. Мезенцева, Н.Ф. Пьяночкина, А.Г. Рудых, И.М. Ряшенцева, старшины Л.Г. Луханина, старшего сержанта П.П. Почиталкина. Фамилии остальных четырнадцати бойцов, награжденных за участие в бою медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги», в этом документе не значились, и мы смогли установить их лишь много позже.

Из наградных листов на вышеуказанных девятнадцать товарищей мы узнали год и месторождения отличившихся воинов, откуда они были призваны в армию, а также довоенные адреса их родных и близких. Эти данные явились исходным пунктом для дальнейших поисков. С помощью военных комиссариатов нам удалось выяснить адреса семерых участников боя: А.Г. Евтифеева, Г.А. Стрелкова, М.И. Мингалева. Н.С. Власкина, П.П. Почиталкина, И.М. Ряшенцева, Д.И. Пуказова. Всем им были направлены письма с просьбой выслать воспоминания о боях под Малой Россошкой, рассказать о своем дальнейшем участии в Великой Отечественной войне, о трудовой деятельности после демобилизации. Вместе с письмами им были посланы копии интересующей нас фотографии с просьбой сообщить, когда, где и в связи с чем был сделан снимок, кого из воинов, запечатленных на фотографии, они могут узнать и назвать. Вскоре от всех товарищей, которых удалось найти, были получены ответы на многие интересующие нас вопросы.

Большую помощь в дальнейшей работе по сбору материалов о подвиге тридцати трех оказал нам бывший редактор газеты 87-й стрелковой дивизии старший политрук И.В. Лебедев, который был первым фронтовым корреспондентом, беседовавшим с . мужественными воинами после их боя с семьюдесятью вражескими танками. Он широко пропагандировал их подвиг на страницах газет Юго-Восточного фронта, 62-й армии и своей дивизии. И. В. Лебедев указал нам номера газет, где впервые публиковались материалы о подвиге тридцати трех, и подробно проаннотировал нашу фотографию, сообщив при этом имена неизвестных нам тринадцати бойцов и командиров: сержанта Н.П. Юрпалова. мл. сержантов И.Е. Хоржевского, М.С. Кондратова, рядовых Ф.Н. Жезлова, М.И. Толкачева, К.Ф. Пономарева, В. И. Мельниченко, П.Д. Назаренко, П.Я. Дендоброго, П. Е. Мельника, К.К. Титова, И.С. Тимофеева, В.Т. Яковенко. Таким образом, мы смогли, наконец, дать полную аннотацию фотографии и составить полный список участков боя.

Много интересных материалов о подвиге тридцати трех удалось найти в архиве Министерства обороны СССР. Кроме фронтовой, армейской и дивизионной печати были изучены также политдонесения и наградные материалы 62-й армии (ф. 345, оп. 5502, д. 8, лл. 16. 39, 42, 111—112, 114-118, 121—122; ф. 345, оп. 5504, д. 10, лл. 51—57, 71—73), исторические формуляры 87-й стрелкой дивизии (ф. 87 сд, оп. 517982, д. 2) и 1379-го стрелкового полка (ф. 1379 сп, оп. 52033). Нам удалось найти много новых, неизвестных документов, среди которых особо хочется отметить два из них — политдонесение начальника политотдела 87-й стрелковой дивизии начальнику политотдела 62-й армии. Ценность его заключается в том, что это первый официальный документ о подвиге тридцати трех. В нем содержится список 28 отличившихся воинов с подробными данными, которые могут помочь разыскать их: в настоящее время. Вторым документом является машинописная рукопись «Сборника материалов о битве 33 героев» (ф. 87 сд, оп. 517983, д. 1). g сборнике среди воспоминаний участников боя помещена статья командира 87-й стрелковой дивизии полковника А. И. Казарцева. В ней дается обстоятельный анализ подвига, стойкости и воинского мастерства 33 воинов. Статья А.И. Казарцева публикуется дальше.

[2] 1379-й и 1378-й стрелковые полки 87-й стрелковой дивизии, находясь во втором эшелоне л«.« армии, занимали оборону на рубеже Котлубань, Мал. Россошка. По приказу командующего Юго-Восточным фронтом ночью 23 августа они начали выдвижение в сторону Дона для усиления войcк первого эшелона. Их участки обороны должны были занять части 35-й гвардейской стрелковой дивизии. На рассвете оба полка на марше западнее Мал. Россошки подверглись сильному удару немецкой авиации.

13 часов продолжалась бомбардировка частей дивизии, укрывшихся в оврагах и балках, противник сделал свыше 1500 самолето-вылетов, сбросил сотни мелких и крупных бомб. Несмотря атаки вражеской авиации, командованию 1378-го стрелкового полка к 15 часам удалось собрать 5 лльоны, артиллерию и занять оборону в районе хуторов Власовка и Бабуркин. Во время бомбардировки многие думали, что никого не останется в живых. Но когда в 1378-м стрелковом полку посчитали личный состав, то оказалось, что в полку всего-навсего убито только 6 человек да раненo около 20. Очень тяжело отразилась бомбардировка на артиллерийском полку. Почти вся макальная часть была уничтожена, большие потери понес артполк и в конском составе. В 16.00 поилась небольшая группа танков противника, затем пехота и автомашины, но в бой они не ступили.

Во второй половине этого же дня по приказанию командира дивизии командир полка подполковник Петров и батальонный комиссар Сазонов, собрав часть бойцов и командиров 1379-го стрелкового полка вместе с курсантами Орджоникидзевского училища, организовали оборону, севернее Мал. Россошки. К вечеру появились танки, начался обстрел обороны из артиллерии и минометов. В это время был ранен командир полка подполковник Петров. Командование полком принял на себя майор Чернышев. Когда в штабе дивизии было получено сообщав о происшедшем в полках, командир дивизии принял ряд мер к тому, чтобы восстановить движение. Все работники штаба были разосланы по частям. Полковой комиссар Антонов с группой политработников стал собирать группы оторвавшихся бойцов и направлять в части. Около одного полуразрушенного дома в хут. Питомник образовался своеобразный сборный пункт. Сюда отправляли всех, кто не находил своей части. Вскоре положение было восстановлено.

Утром 24 августа у села Мал. Россошки разгорелись ожесточенные бои. Рубежи обороны полков 87-й стрелковой дивизии вновь подверглись ожесточенным ударам авиации и артиллерии. Появились танки и колонны автомашин с пехотой противника. Немцы несколько раз предприняли атаки, и каждый раз под контрударами наших подразделений откатывались назад. Смело и мужественно боролись с немецкими захватчиками бойцы, командиры и политработники 1378'го стрелкового полка, занимая оборону в районе хут. Власовка и Бабуркин, и 1379-го стрелкового полка, действовавшие севернее Мал. Россошки, в районе высоты 77,6. Но пехота и танки противника при поддержке авиации упорно атаковали наши части, создавая угрозу на флангах. Более того, наши части не успели создать прочной обороны и мощной системы огня, поскольку события и боевые действия развернулись здесь внезапно и застали их неподготовленными. Кое-где за ночь, правда, успели отрыть окопы, щели, блиндажи, места для огневых точек. И, естественно, я наших частей создалась в этой борьбе неблагоприятная обстановка. Это отчасти и послужило причиной больших потерь, которые, например, понес 1379-й стрелковый полк. Он потерял до 40 проц. своего личного состава. Полностью были потеряны 1, 3 и 8-я роты и. рота ПТР. В связи с этим по приказу командира дивизии полковника Казарцева 1379-й стрелковый полк вечером 24 августа начал отход к хут. Питомник, а 1378-й стрелковый полк к Бол. Россошке. На следующий день, утром эти полки прибыли в указанные им пункты. (Архив МО, ф. 87сд, оп. 517982, д. 2, лл. 28—31, оп. 1134, д. 331/1, л. 357; оп. 1009, д. 750, л. 25; ф. 220, оп. 220, д. 86, лл. 26, 86).

[3] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, д. 1, лл. 6—7. Статья политрука А. Г. Евтифеева «Под знаменем партии Ленина» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[4] Архив МО, ф. 87сд, оп 517983, д, 1, л. 8. Статья младшего политрука Л.И. Ковалева «Как я, руководил боем» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[5] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, д. 1 л. 7, Статья, политрука А.Г. Евтифеева «Под знаменем партии Ленина» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[6] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983,,.д. 1, л, 11. Статья лейтенанта Г.А.Стрелкова«Мои. выводы из этого боя» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[7] Архив МО, ф. 87сд, oп. 517983, Д.1 л. 7.

[8] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, лл. 8—9. Статья младшего политрука Л. И. Ковалева «Как я руководил боем» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[9] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, д. 1, л. 21. Статья красноармейца В.И. Матюшенко «В окопе с бутылкой я сильнее врага» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[10] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, д. 1, лл. 23—24. Статья младшего сержанта А.Г. Рудых «О мужестве, стойкости и дисциплине» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[11] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, д. 1, лл. 25—26. Статья С. Прошина. «В бою побеждает смелый и умелый» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[12] Архив МО, ф. 87сд, оп. 517983, д. 1, л. 12. Статья старшины Д. И. Пуказова «Воля командира» (Сборник материалов о битве 33 героев).

[13] О награждении рядового П. Е. Мельника нам пока не удалось разыскать документы.

[14] Чуйков В. И. Легендарная 62-я. Сталинградское книжное издательство, 1958, стр. 11: Его же. Начало пути. М., Воениздат, 1959, стр. 60; Его же. Выстояв, мы победили. М., «Советская Россия», I960, стр. 14; Тельпуховский Б.С. Великая победа Советской Армии под Сталинградом. М., Госполитиздат, 1953, стр. 42—43; Меньшиков М. П. Сталинградская битва. Сталинградское книжное издательство. 1953, стр. 17—18; Самсонов А. М. Сталинградская битва, М., АН СССР, 1960, стр. 188; История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945, т. II, М., Воениздат, 1961, стр. 436.

[15] Статья командира 87-й стрелковой дивизии полковника А. И. Казарцева, помещенная в машинописной рукописи «Сборника материалов о битве 33 героев». Материалы сборника подготовлены в конце 1942 года редактором дивизионной газеты «Вперед на врага» майором И. В. Лебедевым на основе воспоминаний участников боя. Статья публикуется с сокращениями.— Ред. (Архив Министерства обороны СССР, ф. 87-й стрелковой дивизии, оп. 517983, д. 1, лл. 2—3).

"Военно-исторический журнал" 1962. № 10. С. 79-89

 
Разместил: admin

Комментарии